«Русские здесь – никто!» Как миграционный центр во дворах стал точкой межнационального конфликта
Миграционный центр в Пионерском от ближайшего дома отделяет два забора. Один вокруг самого центра, второй — год назад поставили обеспокоенные местные жители. С его помощью они хотели отгородиться от приезжающих сюда граждан Таджикистана и Узбекистана.
Вечером за вторым забором собираются жильцы ближайших домов. По двору уверенным шагом идет Алиса, на поводке у нее бультерьер.
Жителям не нравится, что мигранты периодически развешивают сушить ковры на заборе.
Через полчаса после начала разговора во двор приходит музыкальный руководитель одного из находящихся рядом садиков.
— Девочки, а можно я скажу про другое? Я не понимаю, а что с нашей помойкой? — вступает она в горячее обсуждение.
— Мы тут про другое. Про мигрантов, — смеются собравшиеся.
— Ааа. Я опять опоздала. Я работаю в садике рядом с домом. Мигранты иногда фотографируют наших детей. А дети летом-то полуголенькие бегают. Заведующая в полицию обращалась, — на глазах у женщины начинают выступать слезы. А у меня после этой истории остается четкий запах алкоголя, исходящий от нее.
В конце монолога музыкального руководителя садика интересуюсь, как ее зовут. Представляется Татьяной Игоревной. И в ответ спрашивает, как зовут меня. Просто имени оказалось недостаточно, по просьбе называю фамилию и отчество.
После этого Татьяна Игоревна неожиданно спрашивает, какой я национальности. Объясняю, что по папе у меня татары и евреи (но про евреев — это неточно), а бабушка по маминой линии — русская. «Узбеков и таджиков в родне у меня нет», — заканчиваю я.
— Да ладно, — Татьяна Игоревна дружелюбно легонько задевает меня по плечу.
«Писали в администрацию», «писали в прокуратуру», «писали в МВД», «обращалась к депутату Чепикову (Сергей, депутат Госдумы)», «везде отписки» — по кругу жалуются собравшиеся.
В итоге жители сходятся на том, что они «не против иностранцев, а против их такого поведения». Решением проблемы собравшиеся видят переезд миграционного центра за город. Но есть и более радикальные предложения.
— Вон на Черняховского «Сима-ленд», пусть им отдадут или в резиденции губернатора на Добролюбова крыло освободят, — предлагает один мужчина.
— На Добролюбова полпредство, не резиденция, — поправляю я.
— Тем более, еще больше места, — не смущается собеседник.
Несмотря на петицию и обращения, сами жители не верят, что миграционный центр перенесут с Сулимова — «связи».
«У меня в миграционном центре раньше работала знакомая. Не знаю, насколько это правда, но она рассказала, что его перенесли сюда, потому что у арендодательницы какие-то связи в МВД Москвы, и выгодно, когда идут такие дотации», — объясняет Алиса.
Через несколько дней возвращаюсь к 7:30, чтобы своими глазами увидеть анонсированную толпу у миграционного центра. У дверей уже собралось человек 60. Ловлю на себе настороженные взгляды, разговаривать отказываются. У всех одинаковая реакция: говорят «нет, нет» и уходят в сторону.
Поговорить соглашается только один, он стоит у забора самым последним в длинной очереди.
— Я слышал про такое, — кивает он, когда я рассказываю про жалобы жителей. — И что здесь толпы. Но как этого не будет, если это единственный миграционный центр на весь город? Надо сделать еще в другом месте. Я месяц назад подал документы через МФЦ и вот сегодня пришел сюда, только чтобы забрать вид на жительство. Надеюсь, успею получить.
В 8:00 двери, у которых стоят иностранцы, открывают. На территорию центра хлынула лавина из людей.
Большинство бегут, видимо, чтобы успеть взять талоны и быть первыми в очереди. Часть идут спокойно.
Рядом с миграционным центром, в подвале дома на Чекистов, 7, еще одно место, которое вызывает беспокойство соседей. Здесь иностранцам делают документы, «возможно, фиктивно», и есть комнаты, где они, «возможно, живут». Так рассказывают жители. Заходить туда они не советуют.
У миграционного центра ходит женщина в фиолетовом платке с тростью и с черным рюкзаком за спиной. Один из передних зубов у нее золотой, еще одного нет. Она что-то говорит некоторым мигрантам и показывает на подвал.
Когда я собираюсь спуститься в подвал, она подходит ко мне.
— Зачем? Не работает, — обращается она, щуря глаза.
Хочу продолжить диалог, но тут женщина замечает фотографа.
— Не снимай. Зачем меня снимаешь? Удаляй. А то грех тебе будет, — бросает она фотографу и не спеша уходит.
В прошлый мой приезд из подвала доносился резкий неприятный запах — сейчас нет. Столовая, которая раньше была на входе, закрыта. Все вымыто. Видно, что сделали это совсем недавно.
В одной из комнат фотографируют, во второй — говорят, что переводят документы. У каждой очередь примерно из шести человек. Дальше по коридору на корточках сидят еще человек восемь.
Женщина, сидящая за компьютером и оформляющая документы, услышав, что я журналист, сразу протягивает мне пачку бумаг: «У помещения есть собственник. Мы арендуем».
На документах, которые она показывает, данные арендатора — Саидахмад Юсупов. Его ИП занимается фотокопированием, подготовкой документов, переводом и «прочими персональными услугами, не включенными в другие группировки».
Сегодня в подвале открыто всего пара комнат, хотя этот альтернативный «миграционный центр» занимает практически весь подвал. Площади вполне позволяют там жить. На лицах посетителей — напряжение. Чувствуется, что им дискомфортно от моего присутствия. Мне тоже становится не по себе, поэтому покидаю подвал.
Председатель товарищества собственников жилья на Чекистов, 7 Ольга Барциц говорит, что ничего не знает о том, что происходит в подвале их дома: «Все вопросы к собственнику. Подвал — это нежилое помещение. Каким макаром я могу быть в курсе?» Кому принадлежит подвал, она не говорит.
Вряд ли мечтам жителей о переезде миграционного центра суждено сбыться. Похоже, что проблему здесь видят только они. Как объясняют в администрации Екатеринбурга, полиция (а миграционный центр — ее подразделение) арендует здесь помещения. В город поступали жалобы от местных жителей, их перенаправили в ГУ МВД.
В одном из ответов свердловской полиции жителям (есть в распоряжении редакции) говорится, что «в универсальном миграционном центре созданы все условия для комфортного пребывания и получения услуг».
«Специальной необходимости у посетителей ожидать вне помещения миграционного центра нет. Вероятное наличие граждан на прилегающей территории может быть связано с функционированием других юридических лиц, расположенных в соседних зданиях. К сожалению, сотрудники ГУ МВД по Свердловской области не правомочны регулировать их размещение», — написано в официальном ответе.
